Извицкий
Кто ищет – вынужден блуждать.
Один из основных результатов любой революции, любого социального переворота - создание новой эстетической парадигмы, нового образа или набора образов. Любые волнения - выражение социального напряжения, социального конфликта, акцентирование внимания на наболевших вопросах, озвучивание этих вопросов, если раньше они табуировались, и формулирование ответов на вопросы, причем ответы, являющиеся по сути экономическими, политическими, облекаются в плоть эстетики. Бунт неудавшийся, грубо говоря, оставляет после себя только новую эстетику, которую устоявший режим старается рекуперировать или уничтожить.
Самый яркий пример - Париж 68-ого года, воспринимаемый нами как художественный перформанс. Кто вспомнит причины, кто назовет условия и поводы? В памяти остались лишь поэтичные лозунги про любовь с булыжником и пляж под асфальтом, граффити и образ модно одетого студента-бунтаря. Из 68-го года выросли новые левые, ставшие в современном мире товаром и субкультурой, лидеры студенческих волнений стали почтенными политиками центристско-популистского толка, революционная атрибутика стала экспонатом арт-выставок.
"События 68-го явились своего рода Gesamtkunstwerk’ом, состоявшимся произведением политического искусства. Это такое событие, которое парит над историей, не вступая с ней в прямые причинно-следственные отношения." (Гваттари)
Попытка культурной революции стала лишь катализатором естественного обновления мейнстримной парадигмы. Господствующая культура переживал и переварила зародыш контркультуры.
Болотная площадь родила образ "креакла" - власть и общество этот образ пережевали и выплюнули капковщину.
...
ХХ век - появление "творческих революционеров", для которых политика и протест - форма искусства. И ситуационисты, и наши нацболы - группы артистов, их деятельность - бесконечный перформанс, бесконечный спектакль. Борцы с "обществом спектакля" - сами всего лишь актеры.
Частично и хоть как-то сопротивляться рекуперации можно лишь с помощью подключения социальной практики к эстетической модели, попытками воплотить образы в жизнь, превращением новой эстетики в норму с помощью подстраивания под эту эстетику жизней хоть какой-то части общества. Это дело молодежи.
...
Рекуперация радикальных идей и образов ХХ века привела к тому, что грань между культурой и контркультурой практически стерлась - контркультура стала частью верхней формы культуры, культуры элитарной. Теперь грань можно установить только извне и насильственно - именно этим и занимаются государство и идеология.
...
Сформулировано три подхода: все - политика, все - экономика, все - искусство.